>
Не знаю, скоро ли удастся найти для Алексея Осиповича Студенского уроки. -- Об А. С. Студенском, впоследствии домашнем секретаре Н. Г., см. в ряде последующих писем. В 1861 г. во время студенческих беспорядков Студенский был арестован и сидел в Петропавловской крепости. Подозревался в политической неблагонадежности и в содействии Чернышевскому в распространении нелегальных изданий. Его письма к Н. Г. напечатаны в III т. "Литературного наследия Чернышевского", 1930, и в "Красном архиве", т. I (14), 1926.
Ваша просьба о продолжении отпуска не получена. -- Добролюбов состоял преподавателем русского языка и литературы во 2-м кадетском корпусе, и для продления пребывания за границей ему необходимо было получить оттуда дополнительный отпуск, а так как в продлении отпуска Добролюбову было отказано, то ему пришлось подать в отставку.
Разрешение на продолжение отпуска дается самим великим князем -- Михаилом Николаевичем, стоявшим в то время во главе военно-учебных заведений.
В вашей статье о Плещееве. -- Статья Добролюбова "Благонамеренность и деятельность", посвященная разбору "Повестей и рассказов" А. Н. Плещеева, была напечатана в No 7 "Современника" за 1860 г.
Статья о Марко Вовчке. -- Статья Добролюбова "Черты для характеристики русского простонародья" о "Рассказах из народного быта" Марко-Вовчка была напечатана в No 9 "Современника" за 1860 г.
Некрасов... расстроен разными полусемейными делами. -- В это время происходил окончательный разрыв между Некрасовым и А. Я. Панаевой, чрезвычайно тяжело и болезненно переживавшийся Некрасовым.
Василий Иванович -- дядя Н. А. Добролюбова В. И. Добролюбов.
Жена была очень рада письму от вас. -- Это письмо не сохранилось.
Деньги Завалишину уже высланы. -- О каком Завалишине идет речь, определить не удалось. Известны два Завалишина: 1) Дмитрий Иринархович Завалишин (1804--1892), декабрист; 2) его брат, Ипполит Иринархович Завалишин, автор "Описания Западной Сибири" (1862). О сотрудничестве кого-либо из них в "Современнике" никаких данных не имеется.
Статью Грыцко о "Русской правде". -- Грыцко -- псевдоним Г. 3. Елисеева. Его статья "Участие общины в суде по "Русской правде" была напечатана в "Архиве исторических и практических сведений о России", изд. Н. А. Калачовым, т. V, 1860.
Николай Николаевич -- H. H. Обручев, вместе с которым Добролюбов жил в Париже.
Великий князь отказал вам в продолжении отпуска -- см. прим. к письму No 340.
О Вашей статье, по поводу Вовчка -- см. прим. к письму No 340.
Некрасов... был расстроен неприятностями, в которых сам был виноват -- см. прим. к письму No 340.
Свадьба Анны Сократовны... рад, что вы избежали этой комбинации -- см. письмо No 332.
Корректуры у нас читает Михайлов. -- Осенью 1860 г. М. И. Михайлов был приглашен Некрасовым работать в редакции "Современника".
Он ездил в штаб толковать о вашем деле -- см. прим. к письму No 340.
Статья ваша о Марке Вовчке -- см. прим. к письму No 340.
И тебя, дружок Сашурка.-- Далее следует приписка О. С: "Заврался папаша"; в то время в Саратове находился не Александр, а другой сын Чернышевских -- Виктор.
Порадовали вы меня последним письмом. -- Это письмо Добролюбова не -сохранилось.
Отправляю к Николаю Николаевичу в этом же конверте письмо. -- Это лисьмо Чернышевского к Обручеву не сохранилось.
Сказали ему, что отставку дадут, вероятно, очень скоро -- см. письмо No 340.
Я подожду дня три Вашего "Свистка" -- вследствие придирок цензуры очередной (6-й) номер "Свистка" удалось напечатать лишь в декабрьской, а не в сентябрьской, как рассчитывал Чернышевский, книжке "Современника".
Возвратился Анненков с тургеневским проектом всенародного распространения грамотности. -- Проект напечатан после смерти Тургенева в No 5 "Вестника Европы" за 1884 г.
Проделки некоего молодого человека Дашкова. -- В отчете III отделения за 1860 г. мы находим следующие сведения о сообщаемом Чернышевским факте: "В Самарской губернии в имении вдовы действительного тайного советника Дашковой найдена устроенная для наказания крестьян позорная доска, называемая "кобылой". Эта доска сделана была по распоряжению заведующего имением сына владельца Андрея Дашкова, который вместе с управителем Линком наказал на ней за кражи и незначительные проступки 22 человека розгами, дав каждому от 50 до 100 ударов. От этого происходили ропот и уныние между крестьянами. Дашков и Линк подвергнуты следствию".
Вы услышите от него очень много любопытного о Болгарии.-- Е. Д. Южаков, вернувшись из путешествия по Болгарии и Малой Азии, печатал в "Современнике" свои путевые заметки "Месяц в Болгарии" (1860, No 11), "Четыре месяца в Бейруте" (1861, No 5).
Здесь радуются тому, что удачно для России кончилось варшавское свидание-- свидание Александра II с австрийским императором Францем-Иосифом и принцем регентом прусским Вильгельмом в Варшаве в октябре 1860 г., посвященное преимущественно вопросу о положении в Италии, охваченной освободительным движением, и о позиции Франции. Надежды австрийского императора на создание коалиции против Франции не оправдались.
Порадуйтесь, видя знакомый почерк. -- Повидимому, к письму Чернышевского было приложено письмо Некрасова.
Цензура испакостила Вашу статью о Неаполе и не пропустила "Свистка" -- Первая часть статьи "Непостижимая странность", напечатанная в No 11 "Современника" за 1860 г., была сильно урезана цензурою, а вторая часть совершенно запрещена. Очередной номер "Свистка" (No 6) появился только в No 12 "Современника".
Дело Панаевой и Шаншиева с Сатиным (Огаревым) кончилось примирением. -- Расходясь со своей первой женой, Огарев обеспечил ее выдачей фиктивного заемного письма, по которому он обязан был уплачивать ей ежегодно 18 тыс. руб. процентов. Когда М. Л. Огарева узнала, что Н. П. Огарев сошелся с Н. А. Тучковой, ставшей впоследствии его второй женой, она предъявила заемное письмо ко взысканию. Тогда Огарев фиктивно продал свое имение Старое Акшено Н. М. Сатину и Н. Ф. Павлову. М. Л. Огаревой удалось, однако, получить другое имение Огарева -- в Орловской губернии, и оно ее поверенными А. Я. Панаевой и Н. С. Шаншиевым было продано. Однако деньги, вырученные от продажи, к М. Л. Огаревой не поступили. Эта до сих пор не вполне выясненное дело вызвало нарекания со стороны Герцена и других друзей Огарева не только на Панаеву, но и на Некрасова. Однако в настоящее время выяснено, что Некрасова можно обвинить лишь в том, что он знал о присвоении огаревских денег Панаевой. Об отношении Н. Г. Чернышевского к делу Огаревых см. его "Воспоминания об отношениях Тургенева к Добролюбову", т. I настоящего издания, стр. 733--734.
Жаль нашею милого Витеньку -- умер в Саратове 19 ноября 1860 г. от скарлатины.
Я получил от Добролюбова письмо. -- Это письмо не сохранилось.
Кроме посланного вчера векселя -- см. письмо No 363.
Да, из прежнею "Свистка"... так что при No XII будет "Свисток" -- см. прим. к письму No 349.
Надобно будет печатать 7000. -- В 1860 г. "Современник" расходился в. 6 598 экземплярах, а в 1861--в 6 658.
Выдайте М. А. Воронову сорок р. в мой счет. -- М. А. Воронов работал у Чернышевского в качестве секретаря.
No 369 Я писал там, на чем порешили мы с Некрасовым -- см. письмо No 365" Подписка будет прежняя или немного повыше прошлогодней -- см. прим. к письму No 365.
Этот документ представляет собою сделанный Чернышевским расчет причитающейся ему по условию с Некрасовым (см. письмо No 365) части доходов с "Современника".
"Историческая библиотека" -- см. прим. к письму No 282.
Капрера -- итальянский остров в Средиземном море, откуда Гарибальди & мае 1860 г. предпринял экспедицию в Сицилию, закончившуюся низвержением неаполитанской династии, объединением Неаполитанского королевства с Пьемонтом и образованием Итальянского королевства.
Его статья о новых правилах акцизной продажи вина. -- Эта статья Н. А. Серно-Соловьевича в "Современнике" напечатана не была.
Покойною вдовствовавшею императрицею -- умершая в 1860 г. вдова Николая I Александра Федоровна, долгое время жившая в Ницце.
Об Американских Штатах... Обручева по расчету, какой был с ним за статью о Китае. -- Речь идет о двух статьях В. А. Обручева, напечатанных в "Современнике": "Китай и Европа" в No 1 за 1861 г. и "Невольничество в Северной Америке" в No 3 за тот же год.
С запискою на имя г. Пиотровского за статью, которая уже напечатана в 4-й книжке "Совр." -- статьи И. А. Пиотровского "Погоня за лучшим" в NoNo 4, 5, 6 и 8 за 1861 г.
Настоящее письмо адресовано к В. Д. Костомарову. Отставной корнет Костомаров, поэт и переводчик, принимал участие в московской прессе начала 60-х годов. Он сблизился со студентом Сороко и корректором университетской типографии Петровским-Ильенко, организовавшими в 1860 г. в Москве первую в России тайную типографию. В начале 1861 г. В. Д. Костомаров приехал в Петербург и явился к M И. Михайлову с рекомендательным письмом А. Н. Плещеева. Он привез с собою сочиненное им революционное стихотворение, отпечатанное в виде листка в типографии Сороко и Петровского-Ильенко. Михайлов познакомил Костомарова с Чернышевским, который сочувственно отнесся к поэту, жаловавшемуся на свою бедность. О дальнейших взаимоотношениях Чернышевского с В. Д. Костомаровым и о гнусной роли последнего в процессах М. И. Михайлова и Н. Г. Чернышевского см. М. К. Лемке "Политические процессы в России 1860-х годов", М. -- П., 1923; "Процесс Н. Г. Чернышевского", ред. Н. А. Алексеева, Саратов, 1939.
Прославим пассажный пассаж и геройство Франческо II. -- Пассажный пассаж -- (см. прим. к письму No 319). Франческо II -- неаполитанский король, воспетый Добролюбовым в "Неаполитанских стихотворениях" Якова Хама в No 6 "Свистка" (No 12 "Современника" за 1860 г.).
14 марта... устремляюсь я... в квартиру И. В. Вернадского... Материал для героической поэмы, герой которой -- Я. -- В связи с тяжелыми цензурными условиями, в которых находилась русская печать, петербургские и московские литераторы в марте 1861 г. решили представить правительству записку о положении печати и ходатайствовать о смягчении цензуры. Чернышевский вместе с Г. З. Елисеевым по поручению петербургских литераторов. ездил в Москву, где вел по этому поводу переговоры с Катковым и другими литераторами. Каткову было поручено написать записку и передать ее министру внутренних дел П. А. Валуеву. Никаких реальных результатов эта записка не имела (ср. приложение I, No 3).
Краледворская песня -- рукописный сборник древнечешских народных песен и былин, найденный якобы Ганкою в 1817 г., в действительности же, как это выяснилось гораздо позже, оказавшийся подделкой. Забой и Славой -- чешские вожди, воспетые в одной из песен Краледворской рукописи.
Катков живет уже не в Армянском переулке, воспетом вами. -- В марте 1859 г. Добролюбов писал своему товарищу по Педагогическому институту Бордюгову: "Мы было принялись с Некрасовым сочинять стихотворение, которое начиналось стихом "Душа летит в Армянский переулок"... Но с первых стихов оно оказалось слишком свирепым, и без достаточного повода печатать его нельзя".
Лавры Мильтиадовы (т. е. Серно-Соловьевичевы), стяжанные в Пас-саже -- см. прим к письму No 319.
Желание читать лекции в Пассаже. -- Чернышевский намеревался прочесть серию публичных лекций по политической экономии в пользу Литературного фонда и в апреле 1861 г. представил в министерство народного просвещения программу этих лекций. В министерстве рассмотрение этого дела было затянуто, и просимое Чернышевским разрешение он получил только в июне, когда по летнему времени устройство лекций было невозможно.
Мею деньги за стихотворение его в No 3. -- В этом номере "Современника" было напечатано стихотворение Мея "Украинке", перевод из Сырокомли.
Ваше письмо из Рима. -- Это письмо Добролюбова не сохранилось. Когда мы писали о 6 тысячах -- очевидно, имеется в виду совместное письмо Чернышевского и Некрасова к Добролюбову, не дошедшее до нас. Вы помните, что я писал вам о наших условиях -- см. письмо No 365.
Г-же Маркович за повесть, которую отправляет она в "Совр." -- повесть "Жили да были две сестры", напечатанную в NoNo 9 и 11 "Современника" за 1861 г.
Вы написали цидулку точным образом. -- Это письмо Добролюбова не сохранилось.
Об ее издании я говорил Кожанчикову... чтобы не пропустить чего-нибудь при расчете величины книжки. -- Здесь говорится о двух изданиях повестей и рассказов Марко Вовчка "Рассказы из русского народного быта". Издание Солдатенкова и Щепкина, М., 1860, и "Новые повести и рассказы", Издание Кожанчикова, СПБ., 1861.
Статья Ваша о Туринском парламенте напечатана -- "Из Турина" в No 3 Кожанчикова, СПБ., 1861.
Конец статьи, отправившийся на цензуру к принцу Ольденбургскому. -- Принц Ольденбургский заведывал в то время женскими учебными заведениями. Конец статьи Пиотровского был посвящен критике педагогических взглядов К. Д. Ушинского, в то время бывшего инспектором Смольного института. Этого оказалось достаточным, чтобы статья Пиотровского должна была, помимо общей цензуры, пройти цензуру принца Ольденбургского.
В. А. Обручев принадлежал к числу сотрудников "Современника". Это был молодой офицер, в 1858 г. окончивший Академию генерального штаба. Возмущенный служебной несправедливостью, допущенной по отношению к нему, он вышел в отставку и занялся литературной деятельностью. Чернышевский принял в нем горячее участие; помимо сотрудничества в "Современнике", Обручев был привлечен Чернышевским к переводу "Всемирной истории" Шлоссера. 4 октября 1861 г. Обручев был арестован по обвинению в распространении прокламации "Великорусс". По просьбе одного лица, имя которого, по выражению Обручева, "заглохло в полной безызвестности", он согласился взять на себя распространение No 2 "Великорусса" (см. "Из пережитого", "Вестник Европы", 1907, NoNo 5 и 6). Во время следствия и на суде Обручев изъявил раскаяние, заявив, что он убедился в "преступности своих действий". Однако он категорически отказался назвать лицо, от которого он получил прокламации. Обручев был приговорен к каторжным работам на три года.
Недели через две Серно-Соловьевич будет иметь в руках большие деньги. -- Н. А. Серно-Соловьевич открыл в Петербурге книжный магазин и издательство. Он принял на себя издание "Всеобщей истории" Шлоссера.
Сумму, нужную для Зарембы. -- В. А. Обручев по выходе в отставку некоторое время был гувернером в семействе Зарембы и занял у него 500 р.
Петр Иванович -- П. И. Боков. На письме Чернышевского имеется приписка Бокова следующего содержания: "Владимир Александрович, в этом письме Ник. Гавр, пишет вам о том, что Серно-Соловьевич предполагает иметь деньги недели через две и из них вручит вам сумму, нужную вам для уплаты Зарембе. Я сказал Ник. Гавр., что вы должны 550 р. Кажется, не ошибся? Николай Гавр, просит вас спешить переводить Шлоссера и по частям пересылать в Петербург. Чернышевские переехали на новую квартиру, в Кабинетскую улицу, дом и. No дома еще не знаю, пээтому письма пока пишите на мое имя. В случае деньги С.-С-ч отдаст Ник. Гавр., то могу поручить отдать их Зарембе, и где его можно отыскать? Из-за границы известий нет. 3 июня П. Боков.
P. S. Физиология Льюиса переведена профессором Московского университета".
Мария Александровна -- М. А. Бокова, сестра В. А. Обручева, жена П. И. Бокова.
Прямо на имя m-me Маркович. -- Письмо Чернышевского Маркович не сохранилось.
Кожанчиков борется за издание -- см. прим. к письму No 382.
Начало статьи о Гавацци.-- Статья Добролюбова "Отец Александр Гавацци и его проповеди" не была пропущена цензурой и появилась впервые в печати лишь в 1862 г. в посмертном собрании сочинений Добролюбова.
Ваше письмо из Мессины от 12 июня. -- Впервые опубликовано Н. К. Пиксановым в "Переписке Чернышевского с Некрасовым, Добролюбовым и А. С. Зеленым", М. -- Л., 1925, стр. 105--109.
Статья Жуковского -- "Политические и общественные теории XVI в." в No 7 "Современника" за 1861 г.
В записочке, которую вы прислали из Одессы. -- Эта записка Добролюбова не сохранилась.
Ваше письмо из Харькова -- опубликовано в "Переписке Чернышевского с Некрасовым, Добролюбовым и А. С. Зеленым", М.-- Л., 1925, стр. 110--111.
Статью о Кавуре... Ярость на нас за Кавура повсюду неописанная.-- Статья Добролюбова "Жизнь и смерть графа Камилло Беизо Кавура" была напечатана в NoNo 6 и 7 "Современника" за 1861 г. Эта статья, в которой Добролюбов бичевал буржуазный либерализм, вызвала оживленную полемику.
Ваша пьеса "Мост вздохов" -- стихотворение "Мост вздохов", перевод из Т. Гуда.
Алексей Николаевич -- А. Н. Плещеев.
Г. Елисеев... статьи в прежних книжках. -- Г. З. Елисеев вел в "Современнике" 1861 г., начиная с No 2, "Внутреннее обозрение" и в том же году напечатал в этом журнале статьи "О движении народонаселения" (No 1) и "О препровождении ссыльных по Сибири на конных подводах" (No 3).
Это письмо написано в связи с письмом к Добролюбову (см. письмо No 391).
Настоящее письмо написано Чернышевским из Саратова, куда он ездил навестить отца.
Это письмо, предназначавшееся для печати, осталось в рукописи. Ввиду того, что в литературе нет никаких указаний на описанную в нем Чернышевским рукопись, можно думать, что он ошибся, относя ее к XIII в. и считая очень ценной. Дальнейшая судьба рукописи и ее местонахождение неизвестны.
Густинская летопись -- летопись, составленная в XVII в. по русским и польским материалам и названная по одному из списков, принадлежавшему Густинскому монастырю. Издана Археографической комиссией в 1843 г. по трем спискам во II т. "Полного собрания русских летописей". Уже эти сведения показывают ошибку Чернышевского: он считал найденный им отрывок летописи написанным в XIII в., а между тем определял его как один из списков Густинской летописи, которая была составлена в XVII в.
Прочти это письмо в Археографической комиссии.-- А. Н. Пыпин состоял членом комиссии с февраля 1860 г.
Ведь была же помещена в нем твоя находка, "Слово о Горе-'Злосчастии"-- в No 3 "Современника" за 1856 г.
Миния Цветная -- одна из богослужебных книг православной церкви.
У государственного крестьянина Малмыжского уезда -- отсюда данное Чернышевским название списка летописи -- Малмыжский.
Древнее Ааврентъевского. -- Лаврентьевская летопись написана в 1377 г*
Находку свою я передам Императорской Публичной библиотеке. -- По данной И. А. Бычковым справке рукописи этой нет в настоящее время в Публичной библиотеке в Ленинграде и не сохранилось никаких указаний на передачу ее библиотеке.
Просвещенный директор -- М. А. Корф.
Имеющий большое сходство с почерком... в Румянцевском музее. -- В студенческие годы Чернышевский занимался под руководством И. И. Срезневского по рукописям Румянцевского музея, находившегося тогда в Петербурге.
Окончил свою статью -- см. письмо No 396.
В этом письме, а также в следующем студенческие волнения, возникшие в сентябре 1861 г. в Петербурге в связи с введением новых стеснительных правил и вызвавшие сначала временное прекращение лекций, а затем -- в декабре 1861 г. -- закрытие университета, изображены, как дело совершенно Н. Г. постороннее и даже безразличное. Правительство же считало Чернышевского одним из главных вдохновителей волнений, и в связи с этим sa Чернышевским с конца октября 1861 г. было установлено постоянное агентурное наблюдение. Насколько Н. Г. был действительно причастен к движению в этот период, в точности не выяснено. См. также письмо No 404 и прим. к нему.
См. прим. к письму No 399.
Благодарю вас... за вашу любовь к папеньке. -- Г. И. умер от разрыва сердца 23 октября 1861 г.
Пока я буду жив и здоров, моему семейству не будет надобности в саратовском доме. -- Впоследствии, когда Н. Г. был арестован, у О. С. возникли недоразумения с А. Е. и Н. Д. по поводу дома, и А. Н. Пыпин, желая прекратить их, купил дом.
Саратовскими слухами обо мне не тревожьтесь. -- Очевидно, и до Саратова дошли слухи о причастности Н. Г. к студенческому движению.
Настоящее письмо написано в связи со студенческими волнениями, происходившими в сентябре -- октябре 1861 г. в Петербургском университете. Ввиду большого числа арестованных студентов и переполнения ими Петропавловской крепости, правительство отправило часть арестованных в Кронштадт для заключения в местной крепости в ожидании того, пока назначенная правительством комиссия по расследованию студенческих волнений закончит свою раооту и установит степень "виновности" каждого из арестованных студентов. В конце ноября работы комиссии подходили к концу, и 6 декабря состоялось высочайшее повеление об освобождении большинства арестованных. Еще в октябре среди студентов, оставшихся на свободе, явилась мысль о необходимости оказать денежную помощь заключенным товарищам. Для этого кружок студентов, в который входил между прочим и упоминаемый в письме Чернышевского С. И. Ламанский, занялся сбором пожертвований в пользу нуждающихся студентов. С самого начала своей работы этот кружок связался с Литературным фондом.
Чернышевский, как член комитета Литературного фонда, находил, что Литературный фонд должен помочь студентам. В связи с этим он и обратился с письмом к П. Л. Лаврову, который в то время состоял казначеем Литературного фонда. Лавров ответил на письмо Чернышевского согласием выдать 500 руб., если эта выдача будет утверждена комитетом Литературного фонда. Между прочим на этом письме, сохранившемся в составе архива Литературного фонда и находящемся в настоящее время в Публичной библиотеке в Ленинграде, имеются две надписи Чернышевского: 1) "Совершенно согласен. Н. Чернышевский" и 2) "Г-н Березин изустно уполномочил меня засвидетельствовать, что он также согласен" (И. Н. Березин, профессор турецкого языка Петербургского университета, был одним из членов комитета Литературного фонда).
Сергей Николаевич -- С. Н. Пыпин.
После того как в связи со студенческими волнениями, происходившими в Петербургском университете осенью 1861 г., университет был на неопределенное время закрыт правительством, среди бывших студентов возникла мысль организовать чтение публичных лекций по всем основным предметам университетского курса. Для этой цели они привлекли ряд профессоров университета, а также других лиц, пользовавшихся популярностью среди них, в том числе Чернышевского, который согласился прочитать курс политической экономии. В связи с этим и было подано Чернышевским заявление министру народного просвещения А. В. Головнину. Последний на заявлении Чернышевского наложил следующую резолюцию: "На основании § 6 Положения 7 мая 1841 г. о публичных лекциях в Петербурге я не могу согласиться на чтение лекций г. Чернышевским. Ст[атс]-сек[ретарь] Головнин".
Поводом для написания этого и следующего (No 409) письма Н. В. Успенскому было столкновение, произошедшее между этим писателем и Н. А. Некрасовым в январе 1862 г.
Начав в 1858 г. сотрудничество в "Современнике", Успенский с первых же шагов своих на литературном поприще встретил самый дружеский прием со стороны редакции этого журнала. О том, насколько редакция ценила сотрудничество Успенского, можно судить по известной статье Чернышевского "Не начало ли перемены?" ("Чего ждать?"; см. т. VII настоящего издания).
Ценя сотрудничество Успенского, редакция "Современника" назначила ему высокий гонорар и заключила с ним соглашение об исключительном сотрудничестве в своем журнале. В 1861 г. Успенский провел 8 месяцев за границей; деньги на эту поездку ему предоставил Некрасов. Некрасов же взял на себя издание его рассказов, вышедших в 1861 г. в виде двух томиков.
Это издание и сложные денежные расчеты между Успенским и редакцией журнала послужили поводом для его столкновения с Некрасовым. В воспоминаниях, опубликованных в 1889 г., Успенский утверждает, что Некрасов-нарушил соглашение об издании "Рассказов" Успенского, выпустив эту книгу в тираже 6 000 экземпляров вместо условленной 1 000 (см. Н. В. Успенский, Из прошлого. Воспоминания, М., 1889, стр. 7--8). По поводу этих воспоминаний Успенского Ип. Панаев, бывший заведующий конторой "Современника", выступил с опровержением, напечатанным в "Новом времени" от 18 января 1889 г. Панаев на основании приходо-расходных книг "Современника" утверждал, что, прекратив в 1862 г. сотрудничество в этом журнале, Успенский остался должным его редакции 2 313 руб. 55 коп.
По возвращении из-за границы Успенский, считая себя обиженным Некрасовым, явился к нему для объяснений. Настоящее письмо Чернышевского содержит в себе указание на то, что Некрасов соглашался изменить расчет с Успенским, произведенный конторою "Современника". Однако Успенского эти уступки не удовлетворили. Недовольный Некрасовым, он обратился к Чернышевскому и в разговоре с ним допустил какие-то "грубые слова" по его адресу. В этот же день он написал Чернышевскому письмо, в котором настаивал на устройстве третейского суда между ним и Некрасовым (письмо это опубликовано в сборнике "Звенья", тт. III--IV, 1934, стр. 583). Настоящее письмо Чернышевского является ответом на это обращение Успенского.
Настоящее письмо Чернышевского является ответом на письмо к нему Н. В. Успенского от 27 января 1862 г., в котором Успенский извиняется за грубость, допущенную им по адресу Чернышевского, и повторяет просьбу об устройстве третейского суда между ним и Некрасовым (письмо это см. & "Звеньях, т. III--IV, стр. 585).
Попытка Чернышевского уладить миролюбиво столкновение Успенского с Некрасовым не удалась. Успенский прекратил сотрудничество в "Современнике", взяв из редакции переданный им туда ранее один из своих рассказов (см. "Звенья", т. III--IV, стр. 586--587).
Алексей Осипович -- А. О. Студенский.
Г-жа Ф. К. Ростовцева -- возможно жена или родственница Якова Алексеевича Ростовцева, письмо к которому предателя Всеволода Костомарова фигурировало в судебном деле М. И. Михайлова.
Эти два письма находятся в связи с делом А. П. Щапова. В бытность свою профессором Казанского университета Щапов выступил с горячей речью на панихиде, устроенной казанскими студентами в память крестьян, убитых 7 апреля 1861 г. при подавлении крестьянских волнений в селе Бездне. Эго выступление Щапова привело к аресту его. Доставленный в Петербург, Щапов провел несколько месяцев в заключении, а затем в ожидании решения дела был освобожден. В декабре 1861 г. Александр II утвердил постановление Главного комитета по крестьянскому делу, на рассмотрение которого было передано дело Щапова, о том, что Щапова надлежит "подвергнуть вразумению и увещанию в монастыре". По распоряжению Синода местом ссылки Щапова был назначен Бабаевский монастырь в Костромской губернии. Известие об этом наказании, наложенном на Щапова, вызвало возмущение радикальной и либеральной части тогдашнего общества. Петербургские литераторы организовали сбор подписей под запиской, содержавшей в себе протест против жестокой расправы со Щаповым. Одним из инициаторов этого протеста был Чернышевский. В связи с этим им были написаны настоящие два письма А. А. Краевскому, в журнале которого "Отечественные записки" печатались в то время произведения Щапова.
В результате протеста литераторов, нашедшего себе поддержку со стороны министра народного просвещения Головнина, изложенное выше постановление по делу Щапова было отменено. 19 февраля 1862 г. состоялось высочайшее повеление Щапова "простить и не отсылать в монастырь".
8 марта 1862 г. в Петербурге был устроен литературно-музыкальный вечер в пользу нуждающихся студентов, часть сбора от которого должна была пойти на поддержку М. И* Михайлова, к этому времени осужденному и отправленному в Сибирь на каторгу за распространение прокламации "К молодому поколению". В числе других на этом вечере выступали Чернышевский и проф. П. В. Павлов. В своей речи Павлов призывал правительство твердо итти по пути реформ, а интеллигенцию сблизиться с народом и работать на его пользу. Речь Павлова сопровождалась шумной овацией.
На следующий же день стало известно, что правительство решило выслать Павлова в Ветлугу. Это вызвало сильное возмущение среди студенчества, и оно решило в виде протеста прекратить те публичные лекции, о которых сказано выше, в прим. к письму No 407. Что касается профессоров, та они заняли колеблющуюся позицию в этом вопросе. Собравшись на квартире Спасовича под председательством И. Е. Андреевского, они большинством голосов присоединились к решению студентов. Однако вскоре их настроение изменилось, и они приняли решение продолжать чтение лекций. Это привела к грандиозному скандалу на очередной лекции Н. И. Костомарова. По окончании ее один из студентов объявил о прекращении лекций. Услышав это, Костомаров вернулся на кафедру и резким тоном заявил, что он не подчиняется решению студентов и будет продолжать свой курс. Это заявление вызвало бурю негодования со стороны присутствовавших. В результате этого инцидента правительство поспешило запретить дальнейшее чтение лекций.
Чернышевский принимал деятельное участие во всей этой истории. Депутаты студентов советовались с ним по поводу предпринимаемых ими шагов. О внимании Чернышевского к этому инциденту свидетельствуют также две его собственноручные записки, отобранные у него впоследствии во время обыска. Содержание их следующее:
"Вчера было высочайшее повеление оставить без рассмотрения дело о манифестации в Думе. Беспокоить по этому делу никого не будут. Костомаров согласился не читать лекций. Павлов весьма вероятно будет отдан или на поруки князю Г. А. Щербатову, илн получит разрешение жить в Нижнем у родственников".
"1. Было ли во вторник 6 марта, на квартире профессора В. Д. Спасовича, собрание профессоров, читающих публичные лекции?
2. Было ли на этом собрании принято профессорами решение прекратить чтение публичных лекций?
3. Были ли даваемы профессорами формальные записки, сообщавшие распоряжавшимся лекциями студентам это намерение дававших записки профессоров прекратить чтение лекций?"
Настоящие письма Чернышевского к Андреевскому вызваны тем, что и после закрытия лекций профессора, стараясь затушевать свои колебания и нерешительность, обвиняли студентов в том, что они погубили такое полезное предприятие, как публичные лекции. Это именно и заставило Чернышевского выступить с предложением своеобразного третейского суда. Адресовал Чернышевский свое предложение Андреевскому потому, что последний занимал во время вышеизложенного инцидента наиболее благожелательную по отношению к студентам позицию и поддерживал их решение о прекращении лекций. Ответные письма Андреевского см. в III т. "Литературного наследия Н. Г. Чернышевского", стр. 667--668.
Для Н. С. Преображенского (за комедию... -- комедия "Свадьба Чирибеева", напечатанная в No 4 "Современника" за 1862 г. за подписью: "Н. С. Пский".
Эта записка написана Чернышевским на полях письма Н. Г. Помяловского от 1 мая 1862 г. следующего содержания: "Милостивый государь Николай Гаврилович После 9 мая я уезжаю из Питера на дачу, но задаток за квартиру должен внести в первых числах -- иначе квартира может быть передана другому жильцу. Поэтому нельзя ли выдачу 60 руб., о которой мы условились с Вами, на этот раз перенести на 2 мая, а в будущее время на первую среду каждого месяца, потому что среда -- Ваш приемный день. По этому делу я и зайду к Вам завтра.
Вполне преданный Вам Н. Помяловский". 2 мая просимые Помяловским деньги были ему выплачены (В. Евгеньев, "Практичность" Н. А. Некрасова в освещении цифровых и документальных данных", "Вестник Европы", 1915, No 4, стр. 143--144).
Слепцову, статья которого печатается -- "Письма об Осташкове" В. А. Слепцова (Чернышевский неправильно указывает его отчество) были напечатаны в No 5 "Современника" за 1862 г.
Василию Алексеевичу Слепцову 100 р. -- см. прим. к письму No 420. Александру Александровичу Шаврову 200 р. -- Статья Шаврова в "Современнике" напечатана не была; повидимому, она набиралась для No 6, который не вышел в свет вследствие приостановки издания "Современника" правительством.
Филиппов... в счет следующих за статью денег -- статья М. А. Филиппова "Взгляд на русские гражданские законы" в NoNo 3 и 4 "Современника" за 1862 г.
Поводом к этому письму Чернышевского послужил инцидент, следующим образом описанный во всеподданнейшем отчете III отделения за 1862 г.:
"В Павловске 10 июня при выходе из вокзала адъютант Образцового кавалерийского эскадрона ротмистр лейб-гвардии уланского полка Любец-кий, приняв по ошибке двух дам за женщин вольного обращения, оскорбил их. Бывшие при них четыре студента окружили Любецкого и, угрожая ему мщением, объявили, что одна из этих дам -- жена литератора Чернышевского, а другая -- сестра ее. Любецкий через родственников их и полицеймейстера просил извинения, но муж Чернышевской, желая воспользоваться этим случаем для сближения офицеров помянутого эскадрона со студентами, домогался отдать дело на суд общества офицеров".
Возмущенный оскорблением, нанесенным жене, Чернышевский обратился к начальнику образцового эскадрона полковнику Марковскому с просьбой передать дело на суд товарищей ротмистра Любецкого по службе. 13 июня Чернышевский получил письмо полковника Марковского, в котором последний сообщал, что он не признает возможным предать Любецкого товарищескому суду (письмо это опубликовано в сборнике "Звенья", 1934, т. III--IV, стр. 577).
Немедленно по получении ответа Марковского Чернышевский написал настоящее письмо военному министру Д. А. Милютину.
Настоящее письмо Чернышевского является ответом на письмо к нему Д. А. Милютина от 13 июня 1862 г., написанное в ответ на письмо Чернышевского от того же числа (см. No 422). Как и полковник Марковский, Милютин отклонил просьбу Чернышевского о предании рогмистра Любецкого товарищескому суду.
На настоящее письмо Чернышевского Милютин ответил 15 июня (это его письмо, как и письмо его от 13 июня, опубликованы в "Звеньях", т. III-- IV, стр. 578--579 и 581--582), выражая желание, чтобы дело Любецкого "уладилось вовсе без вмешательства общества офицеров Образцового эскадрона". Одновременно с этим письмом Милютина Чернышевский получил из III отделения приглашение явиться 16 июня в это учреждение для объяснений с управляющим III отделением генералом Потаповым (см. "Звенья", т. III--IV, стр. 582). В результате разговора с Потаповым Чернышевский отказался от каких бы то ни было претензий к Любецкому.
Настоящее письмо было написано Чернышевским Некрасову после того, как стало известно правительственное распоряжение 18 июня о приостановке на 8 месяцев "Современника", "Русского слова" за их "вредное" направление.
"Временные цензурные правила".-- Правила, утвержденные 12 мая 1862 г., были изданы в целях усиления надзора за печатью со стороны цензуры. За опубликованием этих правил непосредственно последовало распоряжение о приостановке "Современника" и "Русского слова". Судя по письму Чернышевского, Некрасов знал об этих правилах еще до их опубликования.
Надобно издать сборники. -- Намерение об издании сборников в целях удовлетворения подписчиков "Современника" Чернышевскому не удалось осуществить из-за его ареста.
Роман Помяловского -- отрывки из романа "Брат и сестра", впоследствив (в 1863--1864 гг.) опубликованные в "Современнике".
Ольга Сократовна решилась переехать на некоторое время в Саратов,-- После того, как в июне 1862 г. "Современник" был приостановлен на 8 месяцев, Н. Г. отправил семью в Саратов, намереваясь поехать вслед за нею по окончании дел и распродаже вещей. Но уехать ему не удалось: 7 июля он был арестован и заключен в Петропавловскую крепость.
Настоящее письмо Чернышевского к О. С., которая в это время находилась в Саратове, было задержано следственной комиссией, производившей расследование его дела. 10 октября 1862 г. комиссия постановила приобщить это письмо к делу и "иметь в виду при допросе Чернышевского".
Несмотря на то, что ко времени написания этого письма со дня ареста Чернышевского прошло почти три месяца, он еще не был ни разу допрошен и ничего не знал об обвинениях, которые ему будут предъявлены. Зная, что никаких серьезных доказательств его причастности к революционному движению у следственной комиссии нет и не может быть, он был спокоен и не подозревал о подлоге, какой готовился III отделением при участии провокатора В. Костомарова.
В письме Чернышевского внимание следственной комиссии привлекли два места: во-первых, то, где Чернышевский выражал уверенность, что его жизнь "принадлежит истории" и что через сотни лет о нем не забудут, а будут вспоминать "с благодарностью", и, во-вторых, абзац, в котором Чернышевский называл свое дело "вздорным", указывая, что "важного тут не может быть ничего".
Доверенность тебе вышлю на-днях -- доверенность на продажу А. Н. Пыпину дома в Саратове, перешедшего Н. Г. после смерти его отца (см. письмо No 427).
Вот посылается, наконец, и доверенность тебе -- см. прим. к письму No 426.
XV и XVI томы Шлоссера -- восемнадцатитомная "Всемирная история" Ф. Шлоссера, русский перевод которой начал выходить в 1861 г. под редакцией Чернышевского.
Кажется, жене нельзя будет обойтись без того, чтобы продать или заложить дом. -- 4 марта 1864 г. саратовский дом был продан А. Н. Пыпилу.
"История XVIII века" Шлоссера, мое издание -- выходило в 1858--1860 гг. под редакцией Чернышевского в составе "Исторической библиотеки", издававшейся при "Современнике".
Настоящее обращение Чернышевского к Александру II отнюдь не имеет характера "всеподданнейших" прошений, приносимых на царское имя. От них оно отличается как несоблюдением формы, установленной для таких прошений, так и отсутствием излияния верноподданнейших чувств, обычных в аналогичных документах. Никаких результатов обращение Чернышевского не имело.
Я был арестован 7 июля. -- Отсутствие прямых доказательств причастности Чернышевского к революционному движению заставляло правительство выжидать и откладывать его арест до получения каких-нибудь документов, уличающих Чернышевского.
В начале июля 1862 г. в Петербург приехал из Лондона некий П. Ветошников. III отделение было предупреждено своим агентом в Лондоне о том" что Ветошников привезет с собою письма Герцена, Огарева и Бакунина к разным лицам, живущим в России. При аресте Ветошникова у него был отобран ряд писем и в том числе письмо Герцена Н. А. Серко-Соловьевичу, написанное вскоре по получении в Лондоне известия о закрытии "Современника" правительством. В этом письме имелась следующая фраза: "Мы готовы издавать "Современник" здесь с Чернышевским или в Женеве. Печатать предложение об этом? Как вы думаете?" Эта фраза была признана достаточным поводом для того, чтобы подвергнуть Чернышевского аресту.
О чем же меня спросили?-- см. в приложении показания, данные Чернышевским 30 октября.
В денежной тяжбе, которую имел Огарев с одним из знакомых мне лиц.-- Имеются в виду А. Я. Панаева и судебный процесс, о котором см. в прим. к письму No 361.
Из письма Огарева и Герцена... пусть объяснит вашему величеству самое письмо их.-- При обыске в квартире Чернышевского было найдено письмо Герцена и Огарева, обращенное, повидимому, к H. H Обручеву и написанное после того, как его авторы ознакомились со статьей Чернышевского "О причинах падения Рима" ("Современник", 1861, No 5; см т. VII настоящего издания), в которой была дана чрезвычайно резкая критика мнений Герцена об исторической роли России.
Кн. А. А. Суворов в то время занимал пост петербургского военного генерал-губернатора. Человек недалекий и отличавшийся жаждой популярности, он изображал из себя либерала, поддерживал сношения с писателями и общественными деятелями и на этой почве был знаком с Чернышевским. Комендант Петропавловской крепости не решился отослать это письмо (вместе с приложенным к нему письмом Александру II) непосредственно к адресату, а направил его шефу жандармов кн. В. А. Долгорукову; последний же переслал его в следственную комиссию. Таким образом письмо Чернышевского до Суворова не дошло, несмотря на то, что узнавший стороною о нем Суворов протестовал против его задержания и настаивал на передаче его по адресу.
О процессе Н. Г. Чернышевского см. подробнее в книге М. К. Лемке "Политические процессы в России 1860-х годов", М. -- П., 1923, и в "Процесс Н. Г. Чернышевского", Саратов, 1939.
Однажды вы сказали мне... в числе хлопочущих о подписывании адреса нахожусь и я. -- После ареста М. И Михайлова в сентябре 1861 г. петербургские литераторы выработали адрес на имя министра народного просвещения с просьбой о том, чтобы их представитель был допущен к участию в следствии по делу Михайлова. Однако вряд ли Чернышевский имеет в виду этот адрес, во-первых, потому, что он был не только составлен, но и пода", а во-вторых, потому, что сам Чернышевский не только подписал этот адрес, но и совместно с С. С. Громекой ездил в Москву для того, чтобы убедить московских литераторов дать сбои подписи под этим адресом. Поэтому можно предполагать, что Чернышевский вспоминает о другом эпизоде, относящемся к более позднему времени, а именно: в апреле 1862 г. в III отделение поступило агентурное донесение о том, что петербургские литераторы предполагают "подать адрес государю императору в пользу государственного преступника Михайлова" и что этот адрес составлен Чернышевским и Шелгуновым. Надо думать, что именно в связи с этим донесением Суворов и обратился к Чернышевскому с просьбой остановить подписывание адреса.
Повесть известного писателя Григоровича... это лицо,-- то есть я,-- выставлено гастрономом и кутилой, напрашивающимся на чужие богатые обеды. -- Повесть "Школа гостеприимства" была напечатана Григоровичем в "Библиотеке для чтения", 1855, No 9. Она являлась переделкой комедии, сочиненной Григоровичем, Дружининым, Боткиным и Тургеневым во время пребывания их летом 1855 г. в имении Тургенева. Чернышевский действительно был выведен в ней (как и в комедии) под фамилией Чернушкина (а не Черневского), субъекта наглого, невоспитанного и любящего пожить на чужой счет. Этот пасквиль на Чернышевского являлся одним из проявлений борьбы, которую вели против него литераторы дворянского круга, сотрудничавшие в "Современнике".
Г. министр народного просвещения предлагал мне казенное поручение за границу. -- Имеется в виду А. В. Головнин. Чернышевский встречался с Го-ловниным на вечерах у председателя Литературного фонда Е. П. Ковалевского. О "поручении" Головнина ничего неизвестно.
Запрещение о выдаче мне паспорта,-- 23 октября 1861 г. министр внутренних дел П, А. Валуев разослал секретный циркуляр о невыдаче Чернышевскому заграничного паспорта. Очевидно, этот секретный циркуляр не остался тайной для Чернышевского.
Что же касается письменного... Я согласился, потому что не люблю тягаться из-за пустяков. -- см. в приложении показания Чернышевского от 30 октября и от 1 ноября 1862 г.
Это лицо -- г-жа Панаева -- см. прим. к письмам NoNo 361 и 429.
Эта телеграмма была получена О. С. в несколько измененном виде по сравнению с первоначальным текстом ее, представленным комендантом Петропавловской крепости в следственную комиссию. Повидимому, сокращения были произведены комиссией. Первоначальный текст ее был следующий:
"Саратов. Чернышевской. У Сергия. Собственный дом.
Делай все, что нужно твоему здоровью. Делай сама, не спрашиваясь меня. Тебе лучше видно. Приезжай в Петербург, если нужно здоровью. Только запасись деньгами, чтобы не нуждаться. Я здоров. Целую тебя. Отвечай. Чернышевский".
О. С. ответила Н. Г. следующей телеграммой (от 6 декабря):
"Петербург. Его превосходительству коменданту крепости Сорокину для передачи Чернышевскому.
Здорова только ноги слабы уведоми детей когда будешь свободен. Чернышевская".
Очевидно, О. С. была уверена в скором освобождении мужа (ср. No 432).
Этой запиской открывается ряд дошедших до нас записок, поданных Чернышевским коменданту Петропавловской крепости генералу Сорокину.
Я в ней говорю... устройте, чтобы телеграмма была послана поскорее. -- Очевидно, Сорокин нашел невозможным передавать в телеграмме слова Чернышевского о скором окончании его дела и предложил ему переделать телеграмму; в тексте ее, пересланном Сорокиным в следственную комиссию, этих слов не было (см. прим. к письму No 431).
От письма г. А. Пыпина... вместе с моим письмом к г. Пыпину. -- Ни письмо Пыпина к Чернышевскому, ни ответное письмо последнего не сохранились.
Телеграмма, о которой идет речь в настоящей записке, отправлена не была. Представители власти находили, очевидно, неудобным намечать какой-либо срок для окончания дела Чернышевского.
Это письмо не было отправлено О. С, а приобщено к делу.
Несмотря на то, что со времени первого допроса прошло уже около трех месяцев, Чернышевский не вызывался к новому допросу и не знал, в каком положении находится его дело.
Чтобы ему немедленно было разрешено видеться с его женою. -- Первое свидание с женою было разрешено Чернышевскому 23 февраля, а следующее-- в конце апреля 1863 г.
См. письмо No 430 Не получив ответа на свои вопросы, Чернышевский 28 января начал голодовку и продолжал ее до 6 февраля.
Письмо г-жи Чернышевской от 24 января. -- Это письмо О. С. не сохранилось.
Эта записка написана Чернышевским на другой день после прекращения им голодовки. Голодовку он и имеет в виду, когда пишет о "случае, возбуждаемом мною".
На этой записке имеется следующая резолюция шефа жандармов Долгорукова:
"Препроводить на усмотрение высочайше учрежденной комиссии. Высочайше разрешено оставить без последствий; что касается намерения Ч. снова лишать себя пищи, то комиссия, вероятно, примет по сему предмету надлежащие меры". Комиссия, со своей стороны, решила, что Чернышевскому "свидание с женой дозволено быть не может по неудовлетворительному состоянию здоровья и что разрешение последует в то время, когда он будет совершенно здоров". 13 февраля комендант донес, что "Ч. здоров и деятельно занимается переводом истории Гервениуса" (т. е, Гервинуса). 18 февраля комиссия разрешила Чернышевскому первое свидание с женой, которое состоялось 23 февраля.
Прилагаемая (запечатанная) записка моя к его светлости г. генерал-губернатору -- см. письмо No 440.
Это письмо, подобно первому письму Чернышевского к Суворову (No 430), не было передано адресату, а приобщено к делу.
См. письмо No 439.